18:07 

Волшебное слово

Cofberry
Ведь я и психиатр, и стиптизерша
Чем меня привлекала моя профессия? Конечно, возможностью производить ВПЕЧАТЛЕНИЕ (судмедэксперт по этой части, конечно, повнушительнее, но с запахам у меня сразу не срослось).

Итак. Доехать до психбольницы можно лишь с пересадками. На остановке, на которой останавливается нужная мне 4-ка, другие автобусы не останавливаются, за исключением парочки междугороднего следования. Днем интервалы между автобусами немаленькие.

Ввиду жаркой погоды и определенной степени дурости, я напялила на себя короткую юбку – крайне не рекомендуемая форма одежды для посещения данного лечебного учреждения (отличный выбор, Cof). Почему? Потому что пациенты.

Один такой экземпляр материализуется на остановке откуда-то из кустов как раз, когда я пытаюсь рассмотреть автобусное расписание. Общая неопрятность, дисгармоничная, невыразительная мимика и попытка кинуться на спящую тут же на остановке собаку с воплем «Кузя, Кузя!!!» наглядно говорит о том, куда направляется данный субъект.

Собака окидывает молодого человека (хотя точный возраст мужчины ввиду специфики внешности определить затруднительно) мрачным взглядом и благоразумно ретируется в кусты. Мужчина наворачивает по остановке кривой круг и цепляется ко мне. Этическую дистанцию не соблюдает, обращается на «ты», наличие в моих ушах наушников игнорирует, но я слышу прекрасно:

– Во сколько автобус?

К слову, я стою под самым расписанием, висящим достаточно низко, чтобы я могла рассмотреть цифры без очков. Но на вопрос отвечаю.

Мужчина повторяет вопрос. Я повторяю ответ.

Мужчина наворачивает по остановке еще один круг. Возвращается ко мне. Наш следующий диалог складывается следующим образом:

– Через сколько 4 автобус.

– Через 15 минут.

– Это во сколько.

– Это в 37 минут.

– А сейчас сколько.

– 22.

Осуществив очередной круг, мужчина вновь обращается ко мне.

– Через сколько автобус.

Я (терпеливо):

– Через 14 минут.

Круги и однотипные вопросы продолжаются до тех пор, пока я не называю заветную цифру 10. Эта цифра по-видимому молодому человеку более понятна. Потому что поток вопросов прекращается. После неудачной попытки заговорить с дамой с маленькой девочкой и лысым мужчиной (который прячется от него за остановкой) мой новый знакомый выбирает в качестве собеседника меня.

Понятие такта и личного пространства мужчине чуждо, как и в тех случаях, когда он обращался ко мне с вопросом о времени, он становится неприлично близко, почти касаясь моего плеча своим. И совершенно не смущаясь моего взгляда направленного на дорогу и моего молчания, трижды рассказывает что-то о том, как он был перепачкан в краске, когда кидал ее горстями в маршрутку (что? о_о), и как его мама пыталась отстирать его одежду. Зацикливается на каких-то предложениях, перечисляет маты и хихикает. Довольно назойливый собеседник, впрочем, это для наших пациентов явление нередкое. Мои попытки отойти оказываются бесполезны, а сказать ему что-либо – значит поддержать беседу, поэтому я молчу и старательно смотрю на дорогу в надежде, что отсутствие моего внимания к его персоне поубавит его интерес ко мне.

Но мой новый знакомый настойчив. В перерыве между повторами истории он отходит, вновь пытаясь завлечь в беседу мамочку с ребенком, и возвращается. Я изо всех сил высматриваю автобус, потому что навязчивое общество мужчины и панибратское похлопывание ладонью по моему плечу начинают действовать на нервы. Но тут мой новый знакомый интересуется:

– Ты зачем в Березки едешь. Ты там живешь?

– Нет, – говорю я. – Я там работаю.

– А кем?

Вариантов вообще-то не слишком много, потому что в пункте назначения из крупных учреждений: тубдиспансер, хоспис и собственно психушка.

– Психиатром, – торжественно произношу я волшебное слово. Эффект незамедлителен. Эмоций на лице моего нового знакомого не проявляется, но оно каменеет. Он говорит:

– Я там часто бываю.

И ОТХОДИТ ОТ МЕНЯ НА ШАГ.

– А в каком ты кабинете? – спрашивает он с уже приемлемого расстояния.

– Ни в каком, – довольно мурлычу я. – Я не в диспансере работаю, а в отделении.

Понятие «отделение» очевидно слишком сложное, потому что у меня осторожно уточняют:

– Отделение – это что значит? Это там где люди медкомиссию проходят?

– Нет, – говорю я, – это там где люди ЛЕЖАТ.

Мой новый знакомый отходит от меня еще на шаг.

– Я там часто бываю, – снова бормочет он.

Ну, это довольно ожидаемо. Я улыбаюсь.

– Сейчас я в отпуске, но буду на работе в августе, приходите, – дружелюбно предлагаю я.

Когда приезжает автобус, он запихивается в противоположный от меня конец и всю дорогу до психбольницы пялится на меня через весь салон.

URL
   

Coffeebook

главная